На дворе примерно 33-й год нашей эры. В Иудее всё нервно: после казни одного еврея, распятого буквально вчера, началась какая-то суета. Тело вдруг исчезло, и местные шепчутся — мол, он не умер окончательно, а поднялся и ушёл. Римлянам такие разговоры совсем не нужны, поэтому к делу подключают трибуна. Ему ставят задачу простую по формулировке и очень мутную по сути: разобраться, куда делся труп, кто мог его унести и что вообще происходит. А времени мало, слухи растут, и каждый тянет свою версию.