В баре сидит уже немолодой актёр и болтает так, будто времени не прошло. Вспоминает молодость: как они с ребятами ютились в какой-то развалюхе, делили еду, смеялись, ругались. И, конечно, была она — Ирасема. Красивая до невозможности, и каждый из них по-своему на неё залипал, хоть вслух это не всегда признавали. А ещё самба. Танцы, ночи, музыка, когда ноги сами идут в ритм. Только город вокруг менялся — старые кварталы Сан-Паулу тихо стирали, один за другим. И в этих рассказах всё это слышно.