Фаустина никому ничего не объясняет — даже мужу, Сильвену. Просто собирает вещи, берёт пятилетнего сына и уезжает из Парижа. Куда? В Сирию, к ИГИЛ. На месте всё случается быстро: дорога, чужие лица, и вот она уже в Ракке. И почти сразу до неё доходит, что это не “новая жизнь”, а ловушка. Жёсткие правила, страх, ощущение, что назад хода нет. Сильвен тем временем пытается понять, где она, и когда узнаёт правду, хватается за любые варианты. Но выясняется неприятное: французские службы тут почти ничего не могут сделать.