В том самом 1986‑м один инженер, работавший с «Челленджером», буквально бил тревогу. Он не гадал на кофейной гуще — он знал, что с одной ключевой штукой всё плохо. Если её не остановить, полёт закончится бедой. И не просто «неудачей проекта», а реальными смертями. Он пытался достучаться до начальства, спорил, настаивал, предупреждал снова и снова. Но вокруг шли разговоры про сроки, про репутацию, про деньги, про контракты. А ему было не до этого. Для него важнее всего были люди на борту, а не цифры в отчётах и громкие обещания.