У неё всё рушится буквально за пару дней. Сначала врачи выдают страшный вердикт: времени почти нет, максимум два месяца. Потом — как будто этого мало — на работе с ней быстро прощаются. А парень, который ещё вчера строил планы, просто исчезает из её жизни. И вот она остаётся одна, без привычных опор и без смысла «быть правильной». Страх, конечно, есть. Но вместе с ним приходит злость и какая‑то свобода. Она решает больше не беречь себя и не откладывать на потом. Хочет успеть то, что всё время откладывала. Пусть даже поздно. Пусть даже странно.
