Стефан Цвейг, как и многие тогда, понял: Европа вот-вот вспыхнет, и пора уезжать. Он мотался по миру, не находя себе места. Сначала оказался в Рио, потом перебрался в Буэнос-Айрес, затем — Нью-Йорк, и снова вернулся в Бразилию. Вроде бы вокруг тепло, тихо, пригород уютный, люди приветливые. Можно было бы выдохнуть и начать заново. Но внутри всё равно тянуло назад. Его мысли, привычки, память — там, по ту сторону океана. И сколько ни меняй города, это чувство не отпускает.