После гибели дочери Кристиан вдруг находит у себя странное видео. Похоже, оно снято в тот самый день, и на записи могут быть её последние часы — или что-то очень близкое к этому. Сначала он просто смотрит и не верит глазам. Потом пересматривает снова. И ещё раз. Чем дальше, тем больше вопросов: кто был рядом, куда она шла, почему никто не помог. Горе не отпускает, но в какой-то момент оно превращается в злость и упрямство. Кристиан начинает копать. Ищет тех, кто мелькает в кадре, вытягивает информацию, цепляется за любую мелочь. Он хочет понять правду, кто бы ни оказался виноват.
