Морис Женевуа получает серьезное ранение и его отправляют с фронта обратно в Париж. Вроде бы всё, кошмар позади: никаких грязных траншей, обстрелов, вечного холода. Можно бы выдохнуть. Но он не выдыхает. В городе шумно, привычно, а внутри — пусто и странная тяжесть. Он уже прикипел к тем, с кем почти год жил на передовой: ели вместе, молчали вместе, выносили страх плечом к плечу. Там, рядом со смертью, люди быстро становятся своими. И вот теперь этого «своего» рядом нет, и от этого только хуже.
