Середина девяностых. Малик и Аарон вместе, у них растёт дочь, уже почти взрослая. Они снимаются с места и перебираются в уютный пригород — хотелось тишины, чтобы наконец выдохнуть. Но всё ломается почти сразу: Малик находит в гостиной на стене огромную гадость, написанную маркером. Он молча закрашивает, никому не говорит. И будто после этого включается другой режим — соседи улыбаются, здороваются, но в их вежливости что-то не сходится. Аарон отмахивается: мол, паранойя, привыкнем. А Малик не может. Тревога липнет. Он начинает копать, что за местечко их приютило и кто здесь на самом деле живёт.
