1972-й. В американской политике шумно: Ширли Чисхолм только что вошла в Конгресс — первая темнокожая женщина, которой это вообще удалось. И она не стала ждать, пока ей «разрешат» мечтать о большем. Почти сразу Ширли делает ход, на который тогда мало кто решался всерьёз: объявляет, что идёт в президенты. Для одних это звучит как дерзость, для других — как долгожданный знак, что правила можно ломать. Кампания выходит непростой, местами нервной, но она уже изменила разговор о власти и о том, кто имеет право на неё претендовать.