После той истории у хирурга явно поехала крыша: ПТСР не отпускает, сон рвётся, руки дрожат, а в голове всё время шум. И вместо того чтобы лечить людей нормально, он начинает делать странное. Он таскает по моргам и подпольным местам разные куски, выбирает, примеряет, сшивает, как будто это конструктор. Ночь за ночью — швы, скобы, кровь, тишина. Он уверен, что если соберёт «идеального» человека заново, то и себя починит. А потом наступает момент, когда эта штука… оживает. И становится не легче, а намного страшнее.
